|
У моей матери есть брат, у него две дочери. Мне они, значит, двоюродные сестра. Живем мы дружно, дачи рядом. И вот, как-то раз, пошел я за младшей сестрой Анько (ей 15 лет) купаться позвать. Да и корысть была в этом - фигурка у нее классная, а мне 18, тело хочет. Подхожу к домику. В огороде нет никого. Ну, я на веранду и суюсь уже, что бы в дом пройти, как услыхал стоны недвусмысленные. А у них там, знаете, такие штуки из бамбуковых палочек висят, типа занавесок. Я их отодвинул и вижу, что лежит моя Анька на кровате, ножки раскинула, а между ног у нее голова. Голова мужская. Мужик, лет сорока, вылизывает ее страстно, аж волосы на спину шевелятся. А она его голову все сильнее, сильнее прижымает. Наконец кончила, лежит, все никакая. А мужику мало, он здоровый, животик такой. Он, значит, свой хер достает, и к ее пухлым гладким мокрым губкам свою головку приставляет. Она: - Нет, нет, пожалуйста! Давай я отсосу! Я девственница. И тут невесть откуда подходит к ней второй мужик, этот посторойней, лет тридцать пять. Ну, думаю, детка, на что ж ты надеялась, раз с двумя мужиками голая лежишь. Он ее засасывае, а сам сосчки вертеть начинает. Знаете, такие жирненькие молодые сисечки. Она вся выгибается, а тут толстый ей с размаху вставляет. Я думал, позвоночник сломает - так ее выгнуло. Мужик продолжает, да судорожно так, быстро. Другой ей член в рот сует. Она посмотрела так, и заглотила, сначала нежно, головочку облизывала, а как мужик ускорился да сверхзвуковой, то она тоже. Короче, кончил первым худой , потом Анька, потом толстый , ей на живот. Член в крови весь. Он его своей майкой и к Аньке. - Теперь мне. Анька: - Ой, мальчики, дайте отдохнуть-то. - Да потом отдохнешь! Время будет! Тут второй ее на четвереньки, и рачком, мол, так хочу, не возражаешь,
мадам? Она не возражает, но и понятно, возражай не возражай, а только до ее шлюшного клиторка кто докоснется, она на все готова. Да, мужика, кроме баб никто так сладко попку не выпячивает! Н-да... А пока она членом толстого занималась, уже более тщательно, со вкусом, смотрю, худой крем на руку давит. Потом начинает ласкать ее гладкую киску, а мизинчиком ей в попку. Она аж член выплюнула: - Эй, ты чего?! Но худой кивнул толстому и тот ей рот запечатал мощным членом. Другой уже два пальца, а потом член. Анька вся содрогнулась, а он нежно ее трахает, гладкую спинку массажирует. С другой стороны ее мужик в рот также нежно трахает, я чуть не кончил. В общем, чего они только не делали. Потом собрались и ушли, я спрятался за забором. Через минуту вышла Анька, пошла к туалету, потом в душ зашла, затем в дом. Я выждал минут пять и вошел, громко постучавшись. - Привет. - Привет, - а сама красная. - Чего делаешь? - Да так, ничего. Да, ничего себе ничего ! - А где все? - Да на пляж ушли. - А ты пойдешь? - Да пошли. Она выходит, а сзади, на красном платьеце, на круглой попке, сперма. Я ее сзади хлопаю, она вздрогнула, гневно так обернулась: - Ты что делаешь?! Я ей сам, лично (о, как это было приятно) платье перекрутил и след бесчинства показал. Видели ли вы, как зреют помидоры в быстрой смьемке?! Ого-го! Я у нее интересуюсь: - А давай пойдем на заброшенный пляж, ты согласна? Она опускает глаза, хлопает ресницами и я понимаю - согласна.
|